Перевязанный золотистой веревкой, мешок выглядел очень загадочно и таинственно. Димка решил разузнать, что находится в мешке, а для этого нужно было познакомиться с незнакомцем. Ведь знакомиться можно только с незнакомцами. Со знакомыми никак не получится познакомиться.

­— Здравствуйте, меня зовут Димка! — вежливо сказал Димка.

— Здравствуй, мальчик Димка! — произнес незнакомец, почесывая свою длинную седую бороду.

— Простите, а вас как зовут?

— Я Главный Потомственный Звездочет Высшего Ранга и Безупречной Репутации. Но можешь звать меня просто звездочетом, — снисходительно ответил старик.

— Вы звездочет? Ой, как интересно! Ой, как невероятно! Расскажите мне, пожалуйста, о себе. Говорят, все ужасно любят рассказывать о себе.

Звездочет хитро улыбнулся, подмигнул Димке и начал свой рассказ:

— Каждый вечер, как только солнце заходит за горизонт, у меня срабатывает вставальник.

— Вставальник? — Димка аж подпрыгнул от удивления.

­— Ну да, обычный вставальник. Он щекочет мне пятки, поет частушки и пахнет зеленым чаем. Так что мне сразу хочется встать. А разве у тебя нет вставальника? — недоуменно спросил звездочет.

­— Нет, но зато у меня есть будильник. Дедушкин еще. Громкий, как барабан!

— Ха! Тоже мне сравнил. Моего вставальника со своим будильником. Вот скажи, когда твой будильник звонит, ты сразу встаешь?

— Нет, я его прячу под подушку или под кровать и продолжаю спать…

— Вот именно! А когда вставальник начинает щекотать тебе пятки, громко рассказывать анекдоты, хохотать и крутить бороду (у тебя, правда, нет бороды, но он бы что-нибудь придумал), — тут уж никак не получится спать! Так вот, я встаю, готовлю набор звездочета: небесные карты, зажигалку для звезд, полироль, щеточку из меха юпитерской шубадубы, словом, много всего полезного. Потом достаю из кладовки мешок со звездами и поднимаюсь на небосвод. Представляешь, 456 ступенек верх!

— Ух ты! — восхитился Димка, представив себе это зрелище. И тут же поправился: «Ух вы!» (он знал, что ко взрослым надо обращаться только на вы). В его воображении нарисовалась высоченная лестница, протянутая в небо, тяжеленный мешок со звездами за спиной. И всего за пару часов нужно успеть разместить все звезды, протереть их и зажечь.

А звездочет тем временем продолжал рассказывать о своей работе и, как все взрослые, жаловался на начальство:

— 456 ступенек! Я уже давно обращаюсь в Комитет по немешанию звездочетам с просьбой соорудить для меня эскалатор. Я ведь уже в возрасте, 1557 лет — не шутка. А они мне говорят, что «это у всех звездочетов после юбилея 1500 лет начинается звездная болезнь — просят себе каких-то благ, привилегий, то новую униформу с последнего Вселенского показа мод, то внеочередной отпуск — мало вам семь облачных дней в году для отдыха!» Я писал обращения, готовил ходатайства, делал справки и даже кидал им официальные скомканные заявления — ничего не помогает!

— Как это скомканные заявления?!

— Как, как! Написал заявление на бумаге, примял, надорвал, порисовал, скомкал его и закинул в обратную сторону от нужного места, — со знанием дела показал звездочет.

— Да его же никто не прочитает!

— А вот тут ты как раз ошибаешься! Только такие скомканные заявления и читают. Ты абсолютно не разбираешься в психологии. Думаешь, если принесешь заявление на ровненьком чистеньком листике гладенькой белоснежненькой бумаги, написанное каллиграфическим почерком, то его прочтут? Как бы не так! Да кому оно интересно, твое заявление, если его каждый желающий может прочитать, да еще ты сам его же и принес! Другое дело, мое скомканное заявление. Тут есть загадка: раз его скомкали, значит, там что-то неправильное или необычное. К тому же выкинули, следовательно, не хотят, чтобы его кто-то прочел. А так как его выкинули подальше от Комитета, то не хотят, чтобы это заявление прочитали именно там. Поэтому его обязательно подберут и прочитают. Это точно! А ты разве никогда-никогда не писал скомканных заявлений?

— Нет, я писал только шпаргалки, любовные записки и на заборе.

— Эх ты! Ты, наверное, двоечник. Домашние задания не делаешь, уроки прогуливаешь, хулиганишь еще, поди. А вот я был лучшим учеником класса. Звездология, Современные полировальные технологии, Основы звездного массажа — по всем предметам у меня были высшие оценки! Кроме ОБЖД, конечно.

— А у меня самые лучшие в классе оценки по физкультуре. Я мастер спорта по бегу за девчонками, двухразовый чемпион по толканию в очереди за булочками, победитель турнира по прыжкам со школьного крыльца! — с гордостью произнес Димка, но звездочет, похоже, его не слушал, он полностью погрузился в свои воспоминания и продолжал рассказывать о своем детстве:

— Правда, иногда я сбегал с уроков. Это было по четвергам, когда в кондитерскую «Пять звезд» привозили свежие сладости: хрустящие вафли с метеоритной крошкой, нежнейшие пирожные из звездной пыли, шоколадки с кометным хвостом и даже набор маленьких съедобных черных дыр, от которых можно было исчезнуть и на минуту, и на год! Юным звездочетам не разрешали есть много сладкого — звездная лестница могла не выдержать, она ведь такая древняя — ей целый многомиллион лет! Поэтому в кондитерскую приходилось наведываться тайком!

Димке просто не сиделось на месте ­— было так любопытно, столько вопросов крутилось в его голове: из чего сделаны звезды, чихают ли они от звездной пыли, что дарят друг другу на дни рождения. И тут Димка вспомнил один очень важный вопрос, вопрос, от ответа на который зависело очень многое. И он задал его:

— А правда, что когда падает звезда, можно загадать желание и оно сбудется?

— Во-первых, звезда падает только в том случае, если я вовремя не поставил латку на свой мешок. Во-вторых, сколько раз я ни пробовал, мое желание никогда не сбывалось!

— А что вы загадывали?

— Чтобы упавшая звезда вернулась на небо…

­— Видимо, это единственное желание, которая звезда исполнить не может…

— Да нет от этих звезд никакой пользы! И значит, я тоже бесполезен. Поэтому сегодня я встал раньше времени — мой вставальник еще вовсю дрыхнет, достал мешок из кладовки и спустился на землю. Не будет сегодня никаких звезд на небе! Хватит! Надоело! Я увольняюсь!

— Как это увольняетесь? А кто же будет за звездами ухаживать и зажигать их каждый вечер?

— А вот никто и не будет. Незачем это.

— Но ведь если вы не вернетесь на небо этим вечером, и следующим, и последующим, то будет всегда темно!

­— И правильно, будете спать, зачем вам ночью звездный свет?!

— И моряки не смогут по звездам определить, где они находятся…

— А компас им на что?

— И звезды не будут выпадать из вашего старого мешка, и люди не смогут загадывать желания, и смотреть на небо, и мечтать! Вы представляете, если все в мире перестанут мечтать! И даже я вычеркну из своего режима дня Мечтания…

— Кому нужны эти мечтания? Толку от них! Я всегда мечтал быть звездочетом, учился, готовился, сдавал экзамены. И что? Теперь я старый никому не нужный звездочет… Даже эскалатор выпросить не могу!

— А ваши звезды? Ведь им нельзя так долго быть в мешке! Они, наверное, потускнеют или того хуже перегорят. И потом никаким полиролем их не спасешь, и никаким «Мастерблеском» не заставишь светиться. Вот ужас-то!

— Да, ты прав. Это уже ничем не исправить. А ведь я за пятнадцать веков привязался к этим блестящим чертовкам, полюбил их всем сердцем… Даже не знаю, как я теперь без них…

— Звездочет, пожалуйста! Возвращайтесь на работу. Я всё-всё сделаю, всё, что хотите. Испеку вам много тортов, научу играть в футбол и даже буду вас подменять, когда устанете.

— Эх, Димка, Димка. Ничего ты не понимаешь. Я очень люблю свою работу, просто иногда даже любимая работа надоедает. Ну и хочется покапризничать, чтобы тебя кто-то поупрашивал, поуговаривал. Ладно, вернусь я, но с одним условием: оценки до конца года исправишь, хулиганить перестанешь, маму начнешь ценить. Ясно?

— Да, да! Договорились. Давайте я вам помогу мешок на спину погрузить! А то вон уже скоро солнце за горизонт спрячется!